Китайская дипломатия в эпоху Си Цзиньпина

19.04.2019 15:37:42 (GMT+12)

С 18 по 24 октября 2017 года в КНР проходил XIX съезд Коммунистической партии Китая (КПК). Как отмечали китайские СМИ, съезд носил открытый и глобальный характер: его освещали более 3600 журналистов, в том числе 1818 корреспондентов из Гонконга, Макао, Тайваня и 134 стран мира. Кроме того, сама идея «всестороннего освещения события мирового значения» преподносилась как трансляция миру голоса Китая и разъяснение будущего плана развития страны.

Через четыре с небольшим месяца, в начале марта 2018 года, прошел период «двух сессий»*, (*Всекитайское собрание народных представителей и Народно-политический консультативный совет Китая (ВСНП и НПКСК).) где участники обсуждали вступление Китая в «новую эпоху» - эпоху «становления могущественным государством». Активная дипломатия, соответствующая новому статусу КНР, становится одной из характерных особенностей этой эпохи.

Формирование новой эпохи китайской дипломатии

За пять лет с момента проведения XVIII съезда КПК термин «китайская дипломатия» заметно расширился. Теперь он называется «китайская самобытная дипломатия великой державы новой эпохи». Необходимо отметить, что дипломатия дольше других оставалась наиболее консервативной сферой деятельности КПК, не испытывала непосредственного влияния теоретических новаций. В значительной степени это было связано с заветом Дэн Сяопина - «не высовываться». Наконец пришло и ее время. Дипломатия великой державы сначала стала именоваться «самобытной»: термин впервые использовали в докладе о работе правительства в 2016 году, а с седьмого пленума 18-го созыва (2017 г.) он закрепился в партийных документах. XIX съезд стал рубежом, начиная с которого китайская дипломатия вступила в новую эпоху. Для того чтобы определить тенденцию ее развития, необходимо проследить динамику развития лексики и понятийного аппарата китайской дипломатии за пять лет с момента проведения XVIII съезда КПК.

Практически сразу после XVIII съезда возникает термин «новая норма», которая первоначально относилась к темпам экономического роста. Член Госсовета КНР Ян Цзечи, отвечающий за внешнюю политику, и глава МИД Ван И в своих выступлениях и статьях регулярно упоминают «новые условия», «новый период», «новую обстановку» и т. д.1.

Оценивая итоги 2013 года, Ван И отметил, что китайская дипломатия стала более активной и целеустремленной2. Глава МИД КНР заявил, что Китай решительно защищал свою территориальную целостность и отстаивал морские права (в Южно-Китайском море активно противодействовал позиции Японии по вопросу о принадлежности островов Сенкаку/Дяоюйдао в Восточно-Китайском море), выдвинул инициативу «Один пояс - один путь», конструктивно участвовал в решении сложных международных проблем/«горячих точек» в Сирии и Иране, отправил миротворческий контингент в Мали и военные суда для конвоирования сирийского химического оружия (после решения СБ ООН об уничтожении запасов химического оружия в Сирии). На 2013 год пришлась и наибольшая активность в формулировании основных направлений китайской внешней политики.

В конце октября 2013 года в Пекине прошло первое после создания КНР рабочее заседание по вопросам внешней политики, касающимся отношений с сопредельными странами. В ходе встречи Си Цзиньпин подчеркнул, что стратегической целью китайской дипломатии является служение задаче национального возрождения, для этого Китай должен консолидировать дружеские отношения с соседними странами и наилучшим образом использовать имеющиеся сейчас стратегические возможности3. Китайские пропагандисты назвали «дипломатию с сопредельными странами» самой важной составляющей китайской дипломатии «эпохи Си Цзиньпина»4. Возможно, именно тогда появился термин «эпоха Си Цзиньпина», который после XIX съезда станет «новой эпохой», эпохой «становления могущественным государством».

2014 год в МИД КНР был охарактеризован как «год богатого урожая, год открытий и инноваций», в течение года Китай успешно провел два форума: саммит СВМДА в Шанхае и форум АТЭС в Пекине5. 28-29 ноября 2014 года в Пекине состоялось центральное рабочее совещание по внешней политике, где особое внимание было уделено продвижению международных отношений нового типа, отличительной чертой которых были названы «сотрудничество и общий выигрыш». Пекин понимал, что назрела необходимость «на основе обобщения практического опыта обогащать и развивать внешнеполитические концепции, с тем чтобы дипломатическая работа Китая имела яркую самобытность, стиль и размах»6.

В 2015 году усилия Китая были направлены на всестороннюю реализацию инициативы «Пояса и пути» в процессе строительства инфраструктурной «взаимосвязанности», сухопутных экономических коридоров и морских «опорных пунктов» (pivot) сотрудничества, содействия гуманитарному взаимодействию, ускорению переговорного процесса по зонам свободной торговли (ЗСТ). Пекин принял активное участие в юбилейной сессии ГА ООН, посвященной 70-летию победы в мировой антифашистской войне*, (*Именно так в Китае называется Вторая мировая война с упором на освобождение от японского милитаризма.) климатическом саммите в Париже, продвигал собственные идеи в рамках международной повестки устойчивого развития до 2030 года.

Саммит «Группы двадцати» в Ханчжоу в 2016 году был использован КНР для формулирования позиции Китая в отношении основных тенденций международной ситуации. Си Цзиньпин вновь заявил о единой судьбе человечества и развитии экономической глобализации в правильном русле. Первое системное изложение китайскими руководителями термина «сообщества единой судьбы человечества» было озвучено Си Цзиньпином на 70-й сессии ГА ООН в 2015 году7. В 2016 году Ван И отметил, что страна идет «путем дипломатии великой державы8 с китайской спецификой», основными целями которой являются всемерное продвижение «китайской мечты» о национальном возрождении и строительство «сообщества единой судьбы человечества». При этом стратегический выбор Китая - собственное мирное развитие и одновременно содействие международному мирному развитию.

По мнению китайского руководства, такая тесная связь развития КНР и мира показывает рост ответственности Китая. К основным принципам внешней политики глава МИД КНР впервые отнес строительство международных отношений нового типа, в основе которых лежит сотрудничество и общий выигрыш. При этом главным путем китайской дипломатии, по его словам, является строительство разных по форме партнерских отношений: создание партнерств, а не союзов, стремление к диалогу, а не противоборству. Концепция правильного понимания долга и выгоды, стремление к отстаиванию справедливости и правды, по его словам, выступают ценностным ориентиром в международных делах. Можно сказать, что в 2016 году произошел важнейший лексический сдвиг в китайской внешней политике.

В 2017 году была предпринята попытка объединить эти инновации в логически связанную концепцию. Китайская дипломатия стала характеризоваться словом «прогресс», которое включает в себя «партнерские отношения», переходящие в «строительство международных отношений нового типа, в основе которых лежит сотрудничество и общий выигрыш», а на их базе формируется «сообщество единой судьбы человечества»9. Китай, таким образом, накануне съезда раскрывал свои планы развития международной повестки: от двусторонних отношений к глобальной сети партнерств, называемой «сообществом судьбы».

XIX съезд представил новое видение КПК основных направлений и приоритетов китайской внешней политики и впервые сформулировал положение о новом качестве китайской дипломатии, которая стала «всевекторной, многослойной и объемной». Новому всеобъемлющему характеру китайской внешней политики соответствует и новая более строгая и разносторонняя система критериев. Теперь она оценивается руководством количественно (проведение крупных форумов «на своей площадке», участие первых лиц страны в международных саммитах, количество выездов и т. д.) и качественно (концептуальный вклад в теорию и практику международных отношений путем создания собственных дискуссионных платформ и стратегических инициатив).

Сразу после проведения XIX съезда КПК состоялось несколько важных событий. 26 октября 2017 года в парткоме МИД КНР прошло расширенное тематическое заседание, посвященное изучению и распространению духа этого съезда. На нем было подчеркнуто, что выдающаяся политическая мудрость и колоссальная теоретическая храбрость Генерального секретаря ЦК КПК предоставили могучее идейное оружие и руководство к действию для реализации китайской мечты о великом возрождении китайской нации. Глава МИД КНР Ван И отметил, что китайская самобытная дипломатия великой державы должна продвигать строительство международных отношений нового типа и создание сообщества единой судьбы человечества, чтобы китайский дипломатический курс и концепции заняли командную высоту в человеческой морали.

Важным свидетельством повышения внимания КПК к внешней политике стало назначение министра иностранных дел Ван И на пост члена Госсовета на первой сессии ВСНП 13-го созыва (2018 г.). Ян Цзечи, курировавшего внешнюю политику в Госсовете, на XIX съезде избрали в Политбюро ЦК КПК. Впервые за 25 лет в высшем руководящем органе КПК появился чиновник, отвечающий за внешнюю политику. Последний раз министр иностранных дел КНР становился членом Политбюро ЦК КПК в 1992 году, тогда им стал Цянь Цичэнь.

После съезда во многие страны мира были направлены китайские делегации для ознакомления иностранной общественности с духом XIX съезда КПК*. (*По данным Агентства Синьхуа за 28.12.2017, около 20 групп распространителей духа XIX съезда посетили около 40 стран, в том числе ЮАР, Судан, Японию, Грецию, Финляндию и др. Во время встреч с политическими деятелями других стран китайские делегаты размышляли об успешной модели китайского развития, особенно в условиях, когда Запад испытывает проблемы, китайская модель показывает ценности и жизненную силу.) Одна из таких делегаций во главе с заместителем заведующего Отделом международных связей ЦК КПК Ли Цзюнем 15-17 ноября 2017 года посетила Россию. В ЦИК «Единой России» состоялась межпартийная дискуссия «Единой России» и КПК в рамках заседания «круглого стола» «Россия и Китай - локомотивы роста». Члены китайской делегации провели также беседу с руководством партии «Справедливая Россия».

С выходом внешней политики КНР на новые рубежи связан поиск новых форм и методов сотрудничества, в которых Китай был бы инициатором и играл ведущую роль. Новым направлением китайской дипломатии после XIX съезда стали контакты на политическом уровне - с ведущими политическими партиями мира в многостороннем формате.

В ноябре 2017 года в Пекине был проведен первый Форум неправительственных организаций (НПО) стран «Шелкового пути», в котором приняли участие около 200 представителей более чем из 50 государств. По итогам работы форума был создан постоянно действующий комитет и секретариат, в которые вошли видные в прошлом политики и государственные деятели стран Европы, Азии и Африки. В целях укрепления взаимного понимания и дружбы между народами всех стран мира формируется сеть НПО, которая будет способствовать координации деятельности этих организаций, обмену информацией и обсуждению проблем совместного развития и общей судьбы человечества. Сейчас подобная сеть включает более 300 организаций более чем из 60 государств. Китайские СМИ называли этот форум не иначе как новым «пекинским консенсусом», где Китаю отводится лидирующая роль.

А через месяц, в декабре 2017 года, в Пекине был проведен Диалог между КПК и политическими партиями мира на высоком уровне. До этого, в октябре 2016 года, в Будапеште состоялся аналогичный (хотя и менее масштабный, региональный) Диалог с политическими партиями Центральной и Восточной Европы в рамках механизма сотрудничества «Китай - страны ЦВЕ» (16+1). Выступая на церемонии открытия в Пекине, Си Цзиньпин призвал участников к созданию новой модели межпартийных отношений, основанных на принципах «поиска общего при сохранении разногласий», взаимного уважения и обучения друг у друга. Следует отметить, что подобный диалог напоминает внутрикитайскую модель многопартийного сотрудничества в рамках Единого народно-демократического фронта под руководством КПК. В работе диалога приняло участие более 600 представителей из 300 политических партий и 120 государств. Очевидно, что Китай, используя свой опыт, активно ищет новые формы политического сотрудничества, постоянно расширяя сферу их деятельности, создает свою международно-политическую инфраструктуру, усиливая, таким образом, свою роль в глобальном управлении.

22-23 июня 2018 года состоялось второе при Си Цзиньпине центральное рабочее совещание по внешней политике. Генеральный секретарь ЦК КПК подчеркнул, что внешнеполитический курс КНР должен руководствоваться дипломатическими идеями китайского самобытного социализма новой эпохи. Важно отметить, что в выступлении лидера КПК служение целям национального возрождения тесно увязывается с содействием прогрессу человечества, а тезис о строительстве сообщества единой судьбы человечества упоминается вместе с решительной защитой государственного суверенитета, безопасностью и интересами развития. Кроме того, Си Цзиньпин призвал страну активнее принимать участие и направлять реформу системы глобального управления, создавать более совершенную глобальную сеть партнерских связей.

Отдельно стоит сказать о первой международной импортной выставке в Шанхае в ноябре 2018 года. В ней приняли участие представители 172 стран (практически все государства мира), международных и региональных организаций, более 3200 компаний. Было подписано соглашений на сумму около 60 млрд. долларов (что, по данным китайской статистики, занимает больше половины российско-китайского торгового оборота за 2018 г.10). В Пекине подчеркнули, что не намерены останавливаться на достигнутом и желают и дальше проводить подобные мероприятия: выставка показала «полную решимость Китая защищать глобальную свободную торговлю», «искреннее намерение КНР открыть свой рынок для мира, чтобы каждый мог насладиться шансами развития»11.

Китай, таким образом, становится более активным (благодаря проведению крупных международных саммитов на «своей площадке» Пекин формирует представление о себе как о хозяине, а не госте), инициативным (постоянно растет число новых инициатив и концепций, при этом старые идеи получают развитие, расширяется круг партнеров от государств и правительств до политических партий) и ответственным (КНР формулирует собственную повестку дня - глобальное управление, провозглашает новые цели для мирового сообщества - идея «общей судьбы»).

Центральную роль во всех этих процессах играет Си Цзиньпин. Генеральный секретарь ЦК КПК взял на себя функции человека, который не только определяет, но и лично на практике реализует внешнюю политику. В вышедшем в 2017 году шестисерийном документальном фильме «Дипломатия великой державы» приводится статистика международной деятельности Си Цзиньпина. В нем, в частности, указывается, что за пять лет Председатель КНР выезжал за рубеж 28 раз, пролетев на самолете в общей сложности 570 тыс. км. Проведя во время визитов 193 дня, Си Цзиньпин посетил пять континентов, 56 государств, а также ряд важных международных и региональных организаций. Представленные цифры на порядок выше, чем у его предшественников. Активность первого лица государства стала воплощением новой дипломатии Китая и личным стилем самого Си Цзиньпина. У внешней политики Китая впервые в новейшей истории появилось лицо лидера государства.

Китайское руководство и эксперты отмечают, что страна по-прежнему находится в важном периоде стратегических шансов. Вместе с тем, как полагает бывший директор Шанхайской академии международных исследований Ян Цземянь, в Китае изменилась оценка этого этапа. Если раньше Пекин защищал период шансов, который предлагал внешний мир (такая позиция звучала во время первого заседания по внешним делам в августе 2006 г.), то сейчас источник этих шансов переместился вовнутрь - наиважнейшей возможностью является собственное непрерывное развитие и могущество. Другими словами, пассивное отношение к международным делам сменилось активной позицией. КНР из пассивного наблюдателя и участника стала активным членом и промоутером собственных идей. В докладе на XIX съезде эта мысль выражена следующим образом: повышается китайская сила международного влияния, вдохновения и созидания, вносится новый значительный вклад в дело международного мира и развития.

Всевекторная, многослойная и объемная дипломатия

Важным аспектом формирования новой внешнеполитической доктрины является ее адресный характер. Для каждого региона мира у КНР существует собственная внешнеполитическая стратегия, представленная в виде принятых МИД КНР программных документов. Например, в ходе официального визита в четыре африканские страны (Эфиопию, Нигерию, Анголу и Кению) с 4 по 11 мая 2014 года премьер Госсовета КНР Ли Кэцян, выступая в штаб-квартире Африканского союза (АС) в Аддис-Абебе, озвучил программу «461»12. Проходят официальные встречи в рамках Форума сотрудничества Китай - Африка, впервые проведенного в 2000 году и являющегося эффективным каналом «коллективного общения» и лоббирования китайских интересов в регионе13. Во время Форума сотрудничества Китай - арабские страны 5 июня 2014 года была представлена «Дорожная карта «1+2+3»14. На встрече с лидерами стран Латинской Америки и Карибского бассейна 17 июля 2014 года Си Цзиньпин предложил модель сотрудничества «1+3+6»15 и т. п.

Таким образом, к настоящему моменту функционируют следующие механизмы: ШОС, сотрудничество по линии Китай+АСЕАН, Форум сотрудничества Китай - Африка, Форум сотрудничества Китай - арабские страны, встречи на высшем уровне между КНР и странами Центральной и Восточной Европы в формате («16+1»), международный диалог между Китаем и странами Океании, Форум сотрудничества КНР - страны Латинской Америки и Карибского бассейна и т. д. Важно отметить, что большинство упомянутых форумов и площадок появилось до XVIII съезда КПК, но они получили существенное развитие после прихода к власти Си Цзиньпина.

Шестой Форум сотрудничества Китай - Африка проходил в Йоханнесбурге (ЮАР) в декабре 2015 года, где КНР обновила курс в отношениях с африканскими странами (предыдущая политика была документально зафиксирована в 2006 г.). В документе 2006 года отмечалось, что страны Африки активно участвуют в кооперации «Юг - Юг», содействуют диалогу «Север - Юг», играют все более весомую роль в международных делах. Повышение международной роли и значения стран Африки стало одной из причин разработки КНР этой программы. В ней Пекин зафиксировал «отношения стратегического партнерства нового типа» и «всевекторное сотрудничество»*. (*Термин «всевекторный» употребляется в докладах правительства с 2005 г.) Данное взаимодействие включало политику, экономику, гуманитарные связи и безопасность (точнее - мир и безопасность) с более детальной дифференциацией указанных областей.

В новой программе Пекин намерен развивать всесторонние отношения стратегического сотрудничества и партнерства, а также укреплять китайско-африканское сообщество. Китай подтверждает, что весь Черный континент входит в сферу приоритетов его внешней политики. «Несмотря на изменения международной конъюнктуры, Китай и страны Африки всегда были хорошими друзьями, партнерами и братьями, заметно углубилась координация и поддержка по вопросам глобальной и региональной повестки дня»16. Упоминание о «братьях» дает основание предполагать восстановление активной политики КНР в отношении африканских государств, характерной для внешней политики Китая в 1950-1970-х годах. Как отмечает известный китайский международный обозреватель Ван Цзэфэй, на примере африканского континента можно проследить диалектическую связь развития Китая с миром: «Если КНР развита хорошо, у стран Африки появляется больше возможностей, чем развитее Африка, тем больше стимулов у КНР»17.

В сентябре 2018 года в Пекине состоялся очередной Форум сотрудничества Китай - Африка. Си Цзиньпин встретился с 54 африканскими представителями, в том числе с 40 президентами, десятью премьер-министрами, одним вице-президентом и председателем Африканского союза. В КНР прибыло 249 высоких чиновников и министров различных ведомств. Кроме того, присутствовали Генеральный секретарь ООН А.Гутерреш и 26 представителей международных и региональных
(в основном африканских) организаций, а также более 3200 других участников18. О масштабности проведенного форума говорит и количество подписанных документов. Согласно данным МИД КНР, стороны заключили около 150 соглашений, в том числе 28 государств и АС подписали с КНР меморандум о сотрудничестве в ходе осуществления китайской инициативы «Один пояс - один путь». Согласно документу, Китай и страны-подписанты будут проводить «стыковку»/сопряжение стратегий развития КНР и африканской «Повестки-2063».

Кроме двух африканских программных курсов существуют и другие. 5 ноября 2008 года был принят первый документ о политике КНР в отношении государств Латинской Америки и стран Карибского бассейна19 (24 ноября 2016 г. опубликован второй документ подобного рода20), 2 апреля 2014 года - для стран Европы21 (обновленная версия этого документа появилась в декабре 2018 г.22), 13 января 2016 года - для арабских государств23. В январе 2018 года впервые была опубликована Белая книга «Арктическая политика Китая»24.

Стоит отметить, что первые издания документов по Африке, Латинской Америке и Европе (в том числе и Белая книга по Арктике) носят справочный характер. В них излагаются общие положения о роли и месте конкретных регионов в современной мировой политике, краткий исторический обзор развития связей с КНР, основные/универсальные принципы китайской дипломатии: искренняя дружба, равноправие, взаимная выгода, совместное процветание, взаимное обучение и др. Эти документы показывали растущий интерес Китая к конкретным регионам.

Более свежие издания (в период Си Цзиньпина) уделяют внимание создаваемым механизмам/институтам кооперации и концептуальной основе сотрудничества. Повторив основные принципы взаимодействия, китайские авторы сосредоточиваются на новой терминологии - «сообщество судьбы», «концепция правильного понимания долга и выгода», специально выработанный для африканского континента курс, состоящий из четырех иероглифов: «истинность», «практичность», «близость» («родственность») и «искренность». Отмечается готовность Пекина продолжать углубление всестороннего сотрудничества не только в рамках двусторонних связей. Важная роль отводится механизму сотрудничества «Китай - Африка», взаимодействию с такими региональными организациями, как Африканский союз, трехсторонней кооперации (как, например, Китай - страны Латинской Америки и Карибского бассейна).

«Активная оборона» дипломатии НОАК

Все более важным направлением китайской внешней политики становится военная дипломатия. На протяжении десятилетий КНР подвергала резкой критике гонку вооружений и военную активность других государств, но и в этой области происходят изменения. После XIX съезда на сайте «Хуаньцюван» появилась статья контр-адмирала НОАК КНР Ян И, в которой он тесно увязывал богатое государство и могущественную армию с мирным развитием25. КНР уже много лет занимает второе место в мире по военным расходам, ведет разработку принципиально новых видов оружия, определяя по некоторым направлениям мировой уровень разработок.

Китай успешно создает международный имидж «цивилизованного наставника», который проявляется в том, что НОАК КНР активно участвует в миротворческих операциях ООН по всему миру, а также в конвоировании судов в Аденском заливе. Выступая на юбилейной сессии ООН в 2015 году, Си Цзиньпин объявил о решении Китая создать совместный фонд мира и развития Китая и ООН с капиталом 1 млрд. долларов сроком на десять лет.

КНР присоединилась к новой Системе боевой готовности миротворческого потенциала ООН, приложила усилия по созданию постоянного контингента полицейских миротворческих сил, выделив в их состав резерв численностью в 8 тыс. человек. Китай также намерен в предстоящие пять лет выделить безвозмездную военную помощь в сумме 100 млн. долларов на создание африканских резервных сил и африканских сил быстрого реагирования в кризисных ситуациях. Помимо «декоративной» роли проведения операций по поддержанию мира и безопасности, подобные шаги направлены на достижение нескольких целей: повышение опыта и подготовки военного контингента в реальных боевых условиях, проверку собственной военной техники и технологий, защиту китайских граждан, объектов инфраструктуры и других проектов, где участвует китайский капитал, и т. д.

Конвоирование гражданских судов в Аденском заливе, содействие в борьбе с пиратами (оказание помощи Сомали и другим африканским странам), создание базы в Джибути и другая активность Пекина в международных водах посылают важный сигнал международному сообществу: Китай приближается к «центру мировой арены» и намерен играть роль ответственной глобальной державы, а поэтому миру следует привыкать к тому, что китайские суда могут оказаться в любой точке земного шара в целях реализации стратегических и тактических задач КНР и КПК. В частности, согласно новой «Военной стратегии Китая» (2015 г.), одной из целей, поставленных перед НОАК, является «эффективная защита интересов безопасности за рубежом»26. Китайские генералы убеждены, что чем сильнее китайская армия, тем надежнее защита во всем мире.

В публикации подобных материалов, где мирное развитие страны органично связывается с созданием могущественной армии, можно отчетливо увидеть прежде всего реализацию партийной задачи на успокоение международного сообщества, где главными тезисами становятся сильный/могущественный Китай - гарантия мира во всем мире, а также умение побеждать во всех войнах, не сражаясь, то есть делать так, чтобы, как писал военный стратег Сунь-Цзы, любой противник, угрожающий Китаю, пасовал перед его мощью («видел силу и уходил назад»).

Выступая в штаб-квартире ООН в Женеве в 2017 году, Председатель КНР напомнил международному сообществу, что «война - это великое дело для государства, это почва жизни и смерти, это путь существования и гибели»27. Смысл высказывания заключается в ведении «осторожной войны» и невойны. За несколько тысячелетий понятие «мир» усвоилось в крови китайской цивилизации, запечатлелось в генах китайского народа. Китайский лидер подчеркнул, что Китай будет решительно идти путем мирного развития, однако помнит, что за 100 лет после Опиумной войны 1840 года часто терпел агрессию и попрание, вкусил горькие плоды военных бедствий и смуты.

В китайской печати все чаще встречается тезис о том, что никто не любит слабых и «если слаб, будешь бит». Китайское экспертное сообщество придерживается мнения, что сегодня коллективный Запад сдерживает возрождение Китая, и поэтому мирное развитие страны испытывает серьезное давление и вызовы.

«Мягкая сила» КНР

Экономический потенциал и военное могущество в современную эпоху являются необходимым, но недостаточным условием превращения в глобальную державу и возвращения Китая в центр мира. Важным направлением китайской дипломатии становится активное использование ресурсов «мягкой силы», создание привлекательного образа страны за рубежом. В Китае стали говорить и активно развивать «мягкую силу» после того, как значение китайского опыта было признано международным сообществом. Формальным показателем этого стало появление понятия «Пекинский консенсус», который превратил китайскую модель в «мягкую силу» и создал позитивный образ, который стало возможным использовать для усиления политического влияния Китая в мире.

Можно выделить следующие системные действия китайского руководства для достижения данной цели.

Проведение народной дипломатии, или «дипломатии для народа». Опираясь на принцип «человек в основе», защищаются законные интересы китайских граждан за рубежом. Российский эксперт Е.Н.Румянцев связывает данный тезис с двумя партийными задачами: с одной стороны, это выглядит как «оперативный отклик» партийной организации МИД КНР на выдвинутый Си Цзиньпином лозунг «линии масс», с другой - как «обоснование курса на обеспечение политических, экономических и других интересов китайцев за границей»28.

После начала проведения реформ и открытости в Китае заметно увеличилось количество желающих выехать за рубеж для того, чтобы получить образование, заняться бизнесом или посетить достопримечательности. К июлю 2017 года Китай заключил двусторонние соглашения о безвизовом режиме со 131 государством. Для китайских граждан, попавших в чрезвычайное происшествие, была создана круглосуточная «горячая линия» 12308. Кроме того, за пять лет после XVIII съезда Китай успешно провел девять массовых эвакуаций своих граждан (в том числе из Ливии и Йемена), рассмотрел около 300 тыс. консульских обращений.

Стремление достичь этико-культурного развития внутри страны через распространение «коренных социалистических ценностей» (или «сердцевинных ценностей социализма»). Они включают общенациональные ценности (процветание и могущество, демократию, просвещение и гармонию), социальные ценности (свободу, равенство, справедливость и верховенство права) и индивидуальные ценности (патриотизм, самоотверженность, добродетель и дружбу).

Как отмечают российские исследователи О.Н.Борох и А.В.Ломанов, «чтобы китайская культура могла добиться успеха на мировой сцене, потребуется укрепить культурное самосознание китайцев, внушить им гордость за собственную культуру, предложить привлекательную и конкурентоспособную культурную продукцию. Прежде чем китайские ценностные воззрения станут частью «мягкой силы» за пределами страны, «сердцевинные ценности социализма» должны стать эффективным инструментом консолидации китайского общества»29.

Важным моментом проявления «мягкой силы» Китая является его собственный пример. Руководитель Центра «Китай в мировой экономике» университета Цинхуа Ли Даокуй полагает, что влияние «мягкой силы» КНР будет, несомненно, возрастать «по мере достойного решения Китаем своих внутренних проблем»30. Аналогичным образом мыслит заместитель директора Института международных отношений при Народном университете Китая профессор Цзинь Цаньжун, который называет проект сообщества единой судьбы человечества «рецептом» от различных внутренних и внешних расколов в условиях падения авторитета Запада и его расслоения/фрагментации31. Эксперт убежден, что если Китай сможет добиться успехов в области модернизации (и особенно в деле народного счастья), то будет оказывать образцовый эффект для других государств.

В докладе на XIX съезде подчеркивается идея о том, что вступление Китая в новую эпоху «предоставило новый выбор для всех тех стран и наций мира, кто надеется как на ускоренное развитие, так и на сохранение собственной независимости»32. Китайские эксперты настаивают на том, чтобы Китай продолжал играть и больше развивал роль «представителя» развивающихся государств*. (*В частности, к такому выводу приходит научный сотрудник Института международных проблем при ШАОН Ли Кайшэн.) Потому что это не только необходимость собственного развития, но и «моральная ответственность», предоставленная Китаю международным сообществом33.

Активная пропаганда китайских «сказок» («рассказов», «историй») направлена на коренное население, прежде всего молодое поколение и зарубежную аудиторию. Агентство Синьхуа каждый день публикует различные фото и видеосюжеты, в 2018 году раз в неделю выпускало короткие (до десяти минут) документальные фильмы «Фотоальбом государства», передачи для молодых «Youth TALKS». Вышли документальные фильмы о дипломатии («Дипломатия великой державы»), НОАК («Могущественная армия»), развитии («Потрясающая моя страна» и «Великолепный Китай»), научно-технологическом потенциале («Инновационный Китай»), шестисерийная телевизионная передача («Потрясающая наша новая эпоха»), специальный выпуск с участием иностранных экспертов по итогам XIX съезда («Восприятие новой эпохи Китая») и др.

Каждый из перечисленных документальных фильмов содержит большое количество информации (статистические данные, интервью китайских и иностранных экспертов, воспоминания бывших политиков и простых рабочих и др.), непосредственно подготовленной к XIX съезду КПК. Сделав исторический обзор развития Китая в различных областях (дипломатии, экономике, военной сфере, науке и технологии и т. д.), авторы отмечают значительный рост комплексной мощи государства, создание собственной модели развития, вносимый вклад КНР в решение глобальных и региональных проблем, гордость за успехи своей страны и уверенность в собственных силах. После просмотра создается впечатление, что существующие проблемы развития возникают вследствие нехватки опыта, но их легко преодолеть благодаря мудрости и трудолюбию китайского народа.



XIX съезд провозгласил концепцию «китайская самобытная дипломатия великой державы новой эпохи», или «эпохи Си Цзиньпина», которая будет обогащаться как в теории, так и на практике. Другими словами, Китай будет «более активно и глубоко участвовать в реформе системы глобального управления, выдвигать больше новых концепций, инициатив и проектов, вносить еще больше китайской мудрости и силы для международного сообщества»34. А сам Генеральный секретарь ЦК КПК будет выступать как «первый дипломат», который каждый уголок мира «знакомит с образом ответственной великой державы, горячо любящей мир и стремящейся к общему выигрышу»35.

На фоне роста китайской уверенности в собственных силах после проведения XIX съезда КПК возникают вопросы: насколько мир готов к Pax Sinica (с лат. - китайский мир), какие шансы и вызовы принесет подобное стремительное развитие КНР. Очевидно, что рост амбиций Китая «на всех азимутах»* (*Весьма точно характеризуется внешняя политика современного Китая Ю.М.Галеновичем как «глобальная, трансконтинентальная, трансокеаническая, включающая в свою орбиту и Арктику, и Антарктику».) вызывает желание Пекина защищать полученное и заглядываться на ранее не доступное36. Строя собственный миропорядок («тянься») через систему международных отношений нового типа и сообщество единой судьбы человечества, КНР претворяет в жизнь, по словам Ян Цзечи, «дипломатические идеи Си Цзиньпина», считающего «мировое развитие своей конкретной задачей».

Александр МОКРЕЦКИЙ, старший научный сотрудник Центра изучения и прогнозирования российско-китайских отношений ИДВ РАН.
(Журнал «Международная жизнь», март 2019 г.).


1Официальный сайт МИД КНР. 22.12.2016 // URL: http://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1426163.shtml (дата обращения: 27.06.2018). 杨洁篪:深入学习贯彻习近平总书记外交思想不断谱写中国特色大国外交新篇章 Официальный сайт МИД КНР. 17.07.2017 // URL:http://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1478237.shtml (дата обращения: 27.06.2018).

2Агентство Синьхуа. 08.03.2014 // URL: http://news.xinhuanet.com/politics/2014-03/08/c_119669879.htm (дата обращения: 09.03.2018).

3Си Цзиньпин: Китай будет продвигать дружеские отношения с сопредельными странами // URL: http://russian.people.com.cn/31521/8437415.html (дата обращения: 03.07.2018).

4周边外交的习近平色彩[Краски дипломатии Си Цзиньпина с сопредельными странами] // Шицзе чжиши. 2015. №2. С.14.

5外交部长解码2015中国大国外交[МИД расшифровал китайскую дипломатию великой державы в 2015 г.] // URL: http://world.people.com.cn/n/2015/0309/c1002-26658121.html (дата обращения: 26.03.2018).

6习近平出席中央外事工作会议并发表重要讲话[Си Цзиньпин выступает на центральном рабочем заседании по внешней политике] // Агентство Синьхуа. 29.11.2014 // URL: http://news.xinhuanet.com/politics/2014-11/29/c_1113457723.htm (дата обращения: 26.03.2018).

7Выступление Си Цзиньпина на 70-й сессии ГА ООН/Агентство Синьхуа. 29.09.2015 // URL: http://www.xinhuanet.com/2015-09/29/c_1116703645.htm (дата обращения: 27.06.2018).

8Впервые определение «великая держава» применительно к дипломатии было использовано в докладе правительства в 2015 г.: «Дипломатия великой державы стабильно продвигается вперед». Официальный сайт Госсовета КНР. 16.03.2015 // URL: http://www.gov.cn/guowuyuan/2015-03/16/content_2835101.htm (дата обращения: 30.04.2018).

9Официальный сайт МИД КНР. 08.03.2017 // http://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1444203.shtml (дата обращения: 08.03.2018).

10Официальный представитель Министерства коммерции КНР Гао Фэн на очередной пресс-конференции назвал 2018 год «годом достижений в торгово-экономическом сотрудничестве между Китаем и Россией». Объем торговли в 2018 г. превысил отметку в 100 млрд. долларов к середине декабря, побив исторический рекорд // Жэньминь жибао. 11.01.2019.

11以习近平外交思想为引领 不断开创中国特色大国外交新局面[Руководствуясь дипломатическими идеями Си Цзиньпина, непрерывно открывать новое будущее для китайской самобытной дипломатии великой державы] // Цюши. 2019. №1 // URL: http://www.qstheory.cn/dukan/qs/2019-01/01/c_1123923828.htm (дата обращения: 01.02.2019).

12«Формула 461», где «4» - четыре принципа (равноправие; сплоченность и взаимодоверие; инклюзивное развитие; инновационное сотрудничество); «6» - шесть крупных проектов (промышленное сотрудничество; финансовое сотрудничество; сотрудничество в борьбе с бедностью; сотрудничество в области экологии и охраны окружающей среды; гуманитарное сотрудничество; сотрудничество в области мира и безопасности); и «1» - Форум сотрудничества Китай - Африка // URL: http://news.xinhuanet.com/world/2014-05/06/c_126465334.htm; URL: http://www.fmprc.gov.cn/mfa_chn/zyxw_602251/t1154141.shtml

13В форуме принимают участие представители КНР, 48 африканских стран - членов форума (за исключением Свазиленда и Буркина Фасо, которые не имеют дипломатических отношений с КНР), а также ряд региональных организаций. В 2018 г. в Пекине прошел очередной форум //URL: http://www.focac.org/chn/; эксперт РСМД Т.Дейч называет его китайским фактором влияния. Подробнее см.: Дейч Т. Китай «завоевывает» Африку // URL: http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/kitay-zavoevyvaet-afriku/ (дата обращения: 04.03.2018).

14Структура «1+2+3», где «1» - строительство взаимовыгодных, безопасных, надежных, долгосрочных и дружественных китайско-арабских отношений энергетическо-стратегического сотрудничества; «2» - два крыла или две опоры (строительство инфраструктуры и торгово-инвестиционная либерализация, упрощение или облегчение); «3» - китайско-арабское деловое сотрудничество, основанное на трех прорывных высокотехнологичных областях (атомная энергетика; гражданские спутники и новая энергетика) // URL: http://news.xinhuanet.com/world/2014-06/05/c_1111003387.htm

15В модели «1+3+6» «1» - «план» сотрудничества между КНР и странами Латинской Америки и Карибского бассейна с 2015 по 2019 г.; «3» - три локомотива, или двигателя (торговля, инвестиции и финансы), китайская сторона рассчитывает за десять лет довести объемы торгового оборота со странами региона до 500 млрд. долларов, а общий объем китайских инвестиций в экономику ЛА - до 250 млрд. долларов; и «6» - шесть сфер (энергоресурсы; развитие инфраструктуры; сельское хозяйство; обрабатывающая промышленность; научно-технические инновации и сотрудничество в области информационных технологий) // URL: http://news.xinhuanet.com/world/2014-07/18/c_1111688827.htm.

16中国对非洲政策文件(全文)[Политика Китая по отношению к Африке (полный текст)] / Министерство иностранных дел КНР, 2015 // URL: http://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1321556.shtml (дата обращения: 31.03.2018).

17王泽非:三场国事访问开启中非关系“大年” [Ван Цзэфэй: три государственных визита открыли «большой год» китайско-африканских отношений] // Хуаньцю шибао. 04.04.2018 // URL: http://opinion.huanqiu.com/hqpl/2018-04/11766838.html (дата обращения: 04.04.2018).

18王毅就中非合作论坛北京峰会接受媒体采访[Ван И дал интервью по итогам Пекинского Форума сотрудничества Китай - Африка] // Официальный сайт МИД КНР. 06.09.2018 // URL: https://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1592649.shtml (дата обращения: 01.02.2019).

19中国对拉丁美洲和加勒比政策文件[Политика Китая по отношению к Латинской Америке и странам Карибского бассейна (полный текст)] / Министерство иностранных дел КНР. 2008 // URL: http://www.mfa.gov.cn/chn//gxh/zlb/zcwj/t521016.htm (дата обращения: 31.03.2018).

20中国对拉美和加勒比政策文件 [Политика КНР в отношении стран Латинской Америки и Карибского бассейна] // Официальный сайт МИД КНР. 24.11.2016 // URL: http://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1418250.shtml (дата обращения: 31.03.2018).

21深化互利共赢的中欧全面战略伙伴关系 - 中国对欧盟政策文件(全文)[Углубить взаимовыгодные и с общим выигрышем китайско-европейские всесторонние отношения стратегического партнерства - политика Китая по отношению к ЕС (полный текст)] // URL: http://world.people.com.cn/n/2014/0402/c157278-24798651.html (дата обращения: 31.03.2018).

22中国对欧盟政策文件 [Политика Китая по отношению к ЕС] // Официальный сайт МИД КНР. 18.12.2018 // URL: https://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1622886.shtml (дата обращения: 01.02.2019).

23中国对阿拉伯国家政策文件(全文)[Политика Китая по отношению к арабским странам (полный текст)] / Министерство иностранных дел КНР. 2016 // URL: http://www.fmprc.gov.cn/web/zyxw/t1331327.shtml (дата обращения: 31.03.2018).

24中国的北极政策[Арктическая политика Китая] // Агентство Синьхуа. 26.01.2018 // URL: http://www.xinhuanet.com/politics/2018-01/26/c_1122320088.htm (дата обращения: 02.02.2018).

25Хуаньцю шибао. 06.11.2017 // URL: http://opinion.huanqiu.com/hqpl/2017-11/11357632.htm l (дата обращения: 07.11.2017).

26中国发布《中国的军事战略》专题性国防白皮书[КНР опубликовала специальную Белую книгу по обороне «Военная стратегия Китая»] // URL: http://mil.huanqiu.com/china/2015-05/6527803_3.html (дата обращения: 01.03.2018).

27Сунь Цзы. Искусство войны. М.: АСТ, 2015. С. 22.

28Румянцев Е.Н. Внутренняя и внешняя политика Си Цзиньпина. М.: Синосфера, 2016. С. 295.

29Борох О.Н., Ломанов А.В. От «мягкой силы» к «культурному могуществу» // URL: http://www.globalaffairs.ru/number/Ot-myagkoi-sily-k-kulturnomu-moguschestvu-15643 (дата обращения: 09.03.2018).

30Станет ли XXI век веком Китая: Манковские дискуссии о роли Китая: Генри Киссинджер и Фарид Закария против Найла Фергюсона и Дэвида Даокуя Ли. М.: АСТ, 2013. С. 178-179.

31金灿荣:中国外交为什么能赢得世界好评?[Цзинь Цаньжун: почему китайская дипломатия может заслужить положительную оценку мира] // URL: http://www.qstheory.cn/zhuanqu/qsft/2017-11/07/c_1121918516.htm (дата обращения: 07.10.2017).

32Доклад Си Цзиньпина, сделанный на XIX съезде КПК // URL: http://www.qstheory.cn/yaowen/2017-10/27/c_1121868447.htm (дата обращения: 28.10.2017).

33李开盛:坚持做发展中国家代言人[Ли Кайшэн: продолжать быть представителем развивающихся государств] // Хуаньцю шибао. 25.10.2017 // URL: http://opinion.huanqiu.com/hqpl/2017-10/11336712.html (дата обращения: 15.03.2018).

34杨洁篪。深入学习贯彻党的十九大精神奋力开拓新时代中国特色大国外交新局面[ЯнЦзечи.
Глубоко изучать и осуществлять дух XIX съезда. Решительно открывать новую обстановку для китайской самобытной дипломатии в новую эпоху] // Цюши. 30.11.2017 // URL: http://www.qstheory.cn/dukan/qs/2017-11/30/c_1122022293.htm (дата обращения: 15.03.2018).

35《大国外交》第二集:众行致远 [Вторая серия документального фильма «Дипломатия великой державы»: массово двигаться в далекие дали] // Агентство Синьхуа. 29.08.2017 // URL: http://news.xinhuanet.com/world/2017-08/29/c_1121565906.htm (дата обращения: 15.03.2018).

36Галенович Ю.М. Глобальная стратегия Китая. М.: Русская панорама, 2016. С. 1159.